Банковские работники стали героями фильмов ужасов

Страх, утверждал Альфред Хичкок, не так уж сложен для понимания. «В конце концов, разве в детстве не все мы боялись? Ничего не изменилось с тех пор, как Красная Шапочка увидела большого злого волка, - говорил режиссер. - Сегодня нас пугает в точности то же самое, что вчера. Это просто еще один волк».Хороший фильм ужасов всегда основан на тонком расчете: чем, кого и когда можно напугать.

Каждому ежу - по голой заднице, каждой Красной Шапочке - по волку, каждому времени - по главному страху. Проследить историю человеческих страхов легче всего по истории успешных хорроров: к абстрактному «космическому ужасу», страху смерти и потери души в разных фильмах приплетаются разные, но вполне конкретные ужасы и надежды. И вот уже киноведы усматривают в хичкоковских «Птицах» намек на боязнь ядерных ракет. А в «Ночи живых мертвецов» Джорджа Ромеро - целый букет страхов расовых и социальных: зомби-рабы ассоциировались с неграми (в 60-х они еще не были афроамериканцами), а возвращавшиеся с Вьетнамской войны американцы - с зомби. Появление же подростковых слешеров 80-х связывают с результатами беби-бума: Джейсон, Фредди, приходите, избавьте нас от этих расплодившихся подростков.Если верить новому хоррору Сэма Рэйми «Затащи меня в ад», который выходит в прокат 16 июля, сегодня самый главный страх терзает банковских менеджеров. «Затащи меня в ад» - не просто очередная история о древних проклятиях и борьбе с демонами. Автор «Зловещих мертвецов» и «Человека-паука», Рэйми одинаково тонко чувствует законы рынка и законы ужаса. Так что в его новом фильме хотя и отражаются самые сокровенные страхи современного человека, но жуть оказывается не с той стороны зеркала. Молоденькая банковская служащая однажды отказывает пожилой просительнице в продлении ссуды, и за это девушке грозит ад. Настоящий, геенна огненная. У несчастной блондинки есть три дня, чтобы как-то отменить проклятие или договориться с демоном. Есть специалист, который готов помочь, но это будет стоить $10 000. А если и у специалиста не получится, можно попробовать другие способы.Жуть таится не в кривых когтях и разноцветных глазах старухи, она скрыта не в зловещих черных тенях, которые приходят за героиней, и не в жирных мухах, заползающих спящей девушке в нос и рот. Страх не надо путать с отвращением перед отправлениями человеческого тела (например, зеленой жидкостью изо рта мертвой старухи) или с веселым ужасом при виде говорящего козла. Рэйми вовремя вывел на экран самый кошмарный кошмар современного мира - необходимость идти в банк, вымаливать продление ссуды и убеждать всех этих менеджеров в том, что ты человек и имеешь на что-то право.Режиссер вроде бы сочувствует своей героине, а на самом деле подробно объясняет: с виду банковские работники чисты и аккуратны, но внутри у них мрак. «Затащи меня в ад» выглядит как хоррор, пугает как хоррор, но в результате получается совсем не хоррор, а восторг мести. Бунт обладательниц ненаманикюренных когтей против офисных чистюль. В ад, всех банковских работников - прямиком в ад, и не важно, кто их туда затащит: кривые ли руки старой ведьмы или цепкие лапки мирового кризиса. Название фильма звучит едва ли не как покаяние: да, да, тащи меня в ад - я, не продлив человеку ссуду, это заслужила.Это просто другой волк для той же Красной Шапочки. Герои хорроров последнего десятилетия боятся всего того же, чего боялись их предшественники: смерти. Но немного иначе. Дэвид Кроненберг, автор «Мухи» и других фильмов, разглядывающих человеческое тело под микроскопом страха, сказал однажды: «Все мы болеем одной и той же болезнью: все мы смертны. Смерть - это главная основа ужаса».Возможно, слово «ужас» (horror) здесь не надо переводить и Кроненберг имел в виду, что смерть - это главная основа хоррора. Страх смерти и завороженность смертью - между этими полюсами и существует любой ужастик. А всякие демоны, колдуны вуду, реаниматоры, твари из космоса и просто Неизведанное - разные лица одного и того же страха.Чистый ужас японских фильмов начала 2000-х - «Кайро» Киеси Куросавы, «Пропущенного звонка» Такаси Миике или «Звонка» Хидео Накаты - это все тот же страх перед неизбывным злом. Только в них зло приходит другим путем: оно записано на видеокассете, оно оставляет тебе голосовые сообщения, оно тянет к тебе руки из интернета. Новые технологии - бескрайнее поле для новых кошмаров. SMS-сообщения, интернет-сайты, видеофильмы проникают в твой дом гораздо проще, чем какой-нибудь старомодный вампир, но душу из тебя высасывают быстрее и успешнее. Голливудские ремейки этих хорроров всегда не так страшны, как японские оригиналы, хотя бы потому, что японцы уважают призраков, а американцы уважают силу. В японском фильме герой сразу понимает, что его ждет, а в американском он начнет что-нибудь понимать, лишь когда исчезнут почти все его друзья. Люди сами бесконечно множат зло, и «Звонок» - прямолинейная иллюстрация этого процесса: персонажи еще и еще раз переписывают и передают друг другу кассету, несущую смерть.Мир хоррора - смешное и ужасное отражение мира людей. Сегодняшние зомби уже не ходят медленно, зловеще покачиваясь, как в 60-е. В блокбастере «Я - легенда» они бегают за Уиллом Смитом быстро, как обезумевшие насекомые. Скорость жизни возросла, зомби тоже не отстают от прогресса. Да и вампиры теперь - уже не повод для липкого ужаса, как было еще в начале прошлого века, а всего лишь еще одна раса полуживых существ. Они перестали быть страшными, они стали даже милыми. Тем более что сегодня есть вещи пострашнее: например, техногенные катастрофы или взбунтовавшаяся природа, как у М. Найт Шьямалана в «Явлении».«Не знаю, что-то меня здесь смущает», - говорит молодой американец, один из героев безбашенного слешера Эли Рота «Хостел», отправившийся с друзьями в словацкое захолустье, чтобы найти там безотказных девок. Довольно быстро выясняется, что предчувствие его не обманывает: в хостеле, где останавливаются друзья, действительно что-то не так. Всех героев по очереди убивают члены общества садистов. «Хостел» появился в 2005 году - путешествовать по Восточной Европе, ставшей частью общей Европы, было уже безопасно, но что-то все-таки еще смущало. Эли Рот утверждал, что объявление об охоте на людей он нашел в интернете и сделал фильм, не зная, настоящее это было объявление или чья-то дурацкая шутка.По хоррорам можно понять, что сегодня главное в новостях. Иногда это происходит случайно: фильм Джорджа Ромеро «Ночь живых мертвецов» вышел в 1968 году, как раз когда убили Мартина Лютера Кинга. В конце этого зомби-хоррора от пули погибает чернокожий. Ромеро говорит, что создатели фильма даже не знали еще о смерти Мартина Лютера Кинга, когда везли уже готовое кино в Нью-Йорк - продать кому-нибудь. Но фильм стал очень успешным.Хоррор - кривое зеркало наших страхов, все тот же волк для все той же Красной Шапочки. Разве что иногда у этого волка очень тупые зубы, а Красная Шапочка мается из-за финансовых проблем.

Ксения Рождественская