http://effect-nn.ru/klimat/ как выбрать кондиционер.

В российский прокат вышел фильм "Три обезьяны"

4 июня, спустя год после мировой премьеры, в российском прокате появилась экзистенциальная драма турецкого режиссера Нури Бильге Джейлана («Отчуждение», «Времена года») «Три обезьяны». Эта картина рассказывает о том, как из мелкой лжи и адюльтера вырастает огромная семейная трагедия. У фильма внушительный список фестивальных призов, который венчает приз за лучшую режиссуру, полученный Джейланом в Каннах в прошлом году.В сознании обывателя словосочетание «турецкий артхаус» ассоциируется со столь же нелепыми небылицами, как финский хип-хоп или эскимосский боевик.Между тем - откроем страшную тайну - все эти явления мало того что существуют, так еще и довольно интересны, если отбросить в сторону предрассудки.Нури Бильге Джейлан - один из корифеев турецкого кинематографа, эдакий «недотарковский», «перезвягинцев» и «Антониони с отчетливым турецким акцентом», если мыслить привычными критикам категориями.

В его фильмографии пять полнометражных картин, а за «Три обезьяны» - «шедевр трансцедентального кинематографа», что бы это определение ни значило, - ему в прошлом году перепал каннский приз «За режиссуру». Короче, фестивальный режиссер с богатым списком наград и внушительного размера положительной прессой.Откуда взялось название «Три обезьяны», без пресс-релиза разобраться сложно. В кадре никаких животных нет, только птичка чирикает. Если даже предположить, что обезьянами режиссер считает трех главных персонажей, то это получается как-то совсем не комильфо...Дело в том, что в основу своего фильма турецкий режиссер положил не абы чего, а японскую притчу о трех обезьянах. (По другим данным, эта басня принадлежит авторству Конфуция.) Одна из них закрывает лапками свои глаза, другая - уши, а третья - рот. Своим жестом первая обезьянка говорит: «Я не вижу зло и глупость». Вторая говорит: «Я не слышу зло и глупость». Третья: «Я не разговариваю со злом и глупостью». Спасибо за предоставленную информацию пресс-релизу.Э-э-э. М-м-м. Вот как? И как теперь жить с этим сакральным знанием? Попробуем отвлечься и некоторое время не думать о трех обезьянах.Имеется простая турецкая семья. Отец работает шофером у крупного бизнесмена, пытающегося вырваться в большую политику, мать трудится, кажется, в больнице, а сын закончил школу, провалил экзамены в университет и нигде не работает, потому что ему все опостылело. Все как бы знакомо и понятно.Однако в самом же начале происходит трагедия: бизнесмен накануне собственных выборов куда-то в эшелоны власти сбивает пешехода, номера его машины записывают свидетели, и он просит своего шофера взять вину на себя. За деньги, само собой. За то время (по турецким гуманным законам - всего год), которое наш отец семейства проводит в тюрьме, в его семье происходит много событий.Сын требует, чтобы мать срочно забрала все деньги, причитающиеся отцу, иначе случится экзистенциальная катастрофа. На эту сумму он собирается купить автомобиль. Но в процессе просьбы денег мать понимает, что влюбилась в бизнесмена, и отдается ему, что, безусловно, ускоряет покупку машины.Выйдя из тюрьмы, отец понимает - по взглядам, неуловимому дрожанию подбородка и рук, экивокам, недомолвкам - что-то произошло. Они пытаются жить, как раньше, игнорировать «зло и глупость» (как, вы все еще думаете о трех обезьянах?), но случилось страшное: дезинтеграция, казалось бы, здоровой ячейки общества, которая приводит к очередной трагедии. Да, машину тоже взяли не по дешевке. Понятно, что добром эта почти двухчасовая драма не кончится.Никто не спорит с тем, что визуально фильм выполнен на высоком уровне - дли-и-и-инные медитативные планы, каждая травинка на своем месте, капельки воды, срываясь, веско падают с ощутимым восклицанием «Кап!», морской бриз раздувает тюль, подчеркивая трагизм ситуации. Да, кадры из фильма можно распечатывать и вешать на стенку - только не в детской, чтобы ребенок не впал в депрессию, и не в кухне, чтобы не портить аппетит.Да, непрофессиональные актеры играют по-непрофессиональному ярко и выпукло. Но почему тогда эта история - при всем ее формальном совершенстве - не трогает ни единого рецептора? Где то самое волшебство, присущее великим auters, которое заставляет погружаться в картину, сопереживать ее героям, без которого сценарий выглядит очередной байкой газеты «Жизнь»?Возможно, причина в самом Джейлане, ведь это он сказал: «Я считаю семью весьма трагическим явлением жизни, это одна из самых трагических вещей в жизни. Я много страдал от этого». Что же, пострадал сам - дай пострадать другим. Неплохое кредо для режиссера.Кстати говоря, как замечательно, что и Тарковский, и Антониони в свое время были лишены возможности использовать в своих картинах мобильные телефоны с идиотскими рингтонами! В качестве символа отчуждения, разумеется.

Денис Шлянцев